Как мы рожали Аглаю в ЦПСиР

Рассказ о беременности и родах в ЦПСиР
stub

 Прошло уже три недели с того момента, как моя вторая дочка Аглая появилась на свет, и вот я поняла, что уже готова поделиться своими впечатлениями о родах. Первая моя девочка Глафира появилась на свет в 2000 году, когда мне было 26 лет. Родилась она в 29 роддоме. Рожала я сама, без мужа, и от этих родов у меня остались ужасные воспоминания. Я чувствовала себя абсолютно беспомощной, никому не нужной, совершенно не понимала, что происходит. Когда ребенок родился, я не испытала особой радости, была измучена, потрясена страшненьким видом новорожденного ребенка. Из-за травм я попала  в отделение травматологии, а малышку отправили в реанимацию, так что увидела я ее нескоро, хотя очень за нее переживала и уже безумно любила. Но потом мы встретились, выписались домой и началась наша история взаимной любви.  Спустя три с половиной года я расталась с Глашиным отцом и мы зажили одни. Примерно через месяц нашей одинокой жизни я стала встречаться с нашим новым папой (мы были знакомы около полутора лет), чудесным и добрым человеком, который очень быстро и органично влился в нашу жизнь и мы зажили семьей.

А еще через месяц мои заблудившиеся между двумя командировками месячные решили, что они мне уже не нужны. Я была потрясена. Я не планировала ребенка, я не ожидала, что могу забеременеть через месяц совместной жизни, я не предполагала возможность беременности, так как мы предохранялись. Я хотела второго ребенка, но не предполагала, что он появится так скоро. Но видно Аглая выбрала нас с Сергеем и решила не откладывать свое рождение. Сообщить о радости как-нибудь оригинально не получилось, я была настолько потрясена, что выскочила из туалета с тестом в руках, выпучеными глазами и криком: "Серега, я беременна!!!". Радость Сережи не знала границ, он обнимал меня и говорил, что мечтал о ребенке, причем именно о нашем, так долго ждал этого и не надеялся на такое счастье так скоро. Все было хорошо.

Началась наша беременная жизнь. Я начала принимать те же лекарства, что и во время первой беременности, встала на учет в ЖК. Врач там у нас просто ужасный. Всю первую беременность она пугала меня расказами как неправильно развивается беременность и каким больным и умственно отсталым родится мой ребенок. Я уже привыкла и не сильно расстраивалась, когда она стала этим же заниматься опять. ЖК нужна только для получения обменной карты, так что я приходила 1 раз в месяц, молча выслушивала жуткие прогнозы и упреки, что редко хожу (с чего бы это?), и контролировала свое состояние, посещая знакомого врача. Был токсикоз, но гораздо менее тяжелый, чем при первой беременности. В первый раз токсикоз продолжался 4 месяца, я похудела на 11 кг, ничего не ела и почти не пила из-за очень сильной рвоты. Знакомые врачи приезжали ко мне домой и ставили капельницы, так как началось обезвоживание, а в больницу я категорически не хотела ложиться. Когда токсикоз закончился, начался дикий жор, в результате которого я поправилась на 30 кг. В этот раз тошнило и рвало, но умеренно, я не прервала работу, хотя было тяжело, особенно ездить на метро. Даже умудрилась пару раз съездить в командировки. Получилось удачно, так как оба раза со мной ездил муж, так что командировки совмещались с романтичными прогулками по Питеру и Киеву. На работе мое сообщение о беремености восприняли с восторгом, окружили меня заботой. Работала я почти до родов, последний раз на работе была за пять дней до появления моей дочки. Мне это было в радость, хоть и тяжеловато. Токсикоз закончился в середине четвертого месяца, я начала толстеть при полном попустительстве мужа, который баловал меня кулинарными изысками и таскал по ресторанам. Прибавила я "всего" 15 кг, чувствовала себя превосходно. Все было хорошо. Старшая  дочка с радостью ждала появление братика или сестрички, здоровалась и прощалась с животиком, разговаривала с ним и обнимала, гладила его. Она придумывала имена для будущего человечка и расказывала, как будет мне помогать ухаживать за малышом.

 На тридцатой неделе выяснилось, что у меня тазовое предлежание и маловодие. Эта новость омрачило наше счастье. Никто толком не мог сказать, чем опасно маловодие. Врачи говорили, что это ерунда, знакомые - что это почти у всех было, в то время как в книгах по акушерству описывались всякие ужасы. Я страшно нервничала, принимала лекарства, рекомендованные врачом в надежде хоть как-то помочь малышу. Из-за маловодия было очень мало шансов, что малыш перевернется головкой вперед, у него просто не было места. Гимнастика не помогала, и скоро я перестала ее делать, так как появилось ощущение, что если продолжать, маленький попробует повернуться и застрянет поперек. Начали искать роддом и врача. Я непременно хотела рожать сама, я уверена, что это гораздо полезнее и важнее для малыша, чем кесарево. Столкнулась с тем, что узнав о тазовом предлежании и маловодии, все врачи категорически заявляли, что только кесарево и расказывали о тяжелых последствиях естественных родов в моем случае. По этой причине были отвергнуты несколько роддомов, в том числе и Сеченовка. Ситуация осложнялась тем, что и я и Сергей очень хотели рожать вместе. Пока мы думали, у меня появилось подтекание вод (как я предполагаю), я запаниковала и поехала на прием в ЦПСиР на две недели раньше запланированной консультации.

Тогда я и познакомилась с Зябликовой Раисой Владимировной. Этот человек поразил меня своей душевностью, твердостью, спокойствием. Для начала она меня успокоила, а затем вышла в коридор и извинилась перед теми девушками, которые приехали на консультацию по записи и были вынуждены ждать из-за меня. Такая деликатность очень мне понравилась и я решила, что если буду рожать в ЦПСиР,  то только у нее. РВ стала единственным врачом, который не стал настаивать на операции, а сказал, что вполне возможны и самостоятельные роды. Все оказалось не так страшно, как я думала, и, успокоенная, я вернулась домой с твердым желанием рожать только в ЦПС и только с РВ. Сложность заключалась в том, что роды с мужем в ЦПС возможны только по контракту, а контракт там стоит очень дорого. Мы обсудили это с Сергеем, решили, что детей рожаем не каждую неделю, тем более что я уже в возрасте:-))) (31 год), и начали копить деньги на контракт.

В 36 недель контракт был оплачен, Сергей познакомился с РВ, они друг другу понравились, и мы стали ждать родов. В связи с напряженным рабочим графиком, необходимостью забирать дочку из садика, у нас не было возможности ходить на занятия в школу подготовки к родам. Но я очень хотела подготовить мужа, да и сам он хотел не просто наблюдать, а участвовать, понимать, что происходит и оказывать грамотную посильную помощь. В итоге мы посетили одно индивидуальное занятие для повторнородящих, на котором нам очень подробно рассказали, как именно протекают роды, когда что происходит, что делать, чего ждать. Показали видео настоящих родов. Мы все записали, отрепетировали разное дыхание, постояли в странных позах и остались очень довольны. Как ни странно, это единственное занятие очень помогло нам в родах. Время шло, раз в неделю я ездила на осмотр и КТГ. Муж был уверен, что рожу я на 39 неделе, мне хотелось пораньше. Дочка уехала на две недели с бабушкой и дедушкой в Испанию на майские, и я надеялась родить в ее отсутствие, что, конечно, было глупо, так как ПДР у меня была 9 июня. Дочка вернулась, счастливая и загорелая, предлежание было тазовое, чистоягодичное, маловодие сохранялось, предвестников не было. Мне страшно хотелось посмотреть на ребеночка, узнать, мальчик это или девочка...

 В конце 38 недели я поехала на очередной осмотр и выяснилось, что я прибавила за неделю 2 кг. РВ сказала, что нужно сделать разгрузочный день. На следующее утро я честно купила в магазине кефир и творог и все съела. К вечеру у меня растроился живот, что естественно, подумала я. Уложили спать ребенка, около 12 легли сами. Около часа ночи я в очередной раз сбегала в туалет, удивляясь, что живот крутит, а стула нет. Легла спать. Во сне появилось ощущение, как будто что-то ударило меня в живот. Я решила, что это малыш пинается, но через несколько минут из меня начала толчками вытекать жидкость. "Да я же рожаю!!!", подумала я и начала будить мужа. Было половина третьего. "У меня воды отошли" - сказала я ему тихо. "Вода в бутылке"- ответил он мне спросоня. "У меня воды отошли" - сказала я погромче. "Ложись ко мне поближе, тут сухо" - ответил мой муж. "Я РОЖАЮ!!!" - заорала я ему на ухо. Он вскочил: "Как рожаешь?" Я показала - как, и он проснулся. Сережа развил бурную деятельность: вызвал такси для мамы, разбудил ее, собрал воедино сумки на роды, после родов и на выписку, отыскал документы. В это время я ныла, что торопиться некуда, давай еще поспим, отведем утром Глашу в садик и поедем рожать. Он загнал меня в ванну, вооружился пеной и бритвой и призвел санитарную обработку. Потом я помылась, вымыла волосы и подкрасилась. Потом  муж погнал меня одеваться, так свекровь уже приехала. Я попрощалась с дочкой, пообещав ей родить хорошенькую сестричку, успокоила перепуганную свекровь и мы поехали. Всю дорогу мы хихикали как сумасшедшие и целовались, потому что при поцелуях вырабатывается окситоцин. Таксист  косился на нас и под конец уточнил, точно ли мы едем рожать.

 В полпятого утра мы были в роддоме. Отстояли небольшую очередь в приемное, в это время приехала РВ.  Но вот подошла наша очередь, я переоделась в сорочку, отдала вещи мужу и стала ждать очередь на клизму. Сорочка была у меня разорвана сбоку от подмышк до подола, но я решила, что так даже удобнее будет малыша к груди приложить. Но потом пришла сестричка, увидела это и быстро заменила мне на другую.  Потом была клизма, которая совсем не страшная, мне даже понравилось. Схватки были примерно каждые пять минут, довольно ощутимые. Потом мы встретились с переодетым мужем, я сказала, что он похож на доктора Картера из Скорой помощи, и это стало главной шуткой на ближайшие несколько часов. Нас привели в родблок и оставили одних. Сначала мы хихикали, пели песенки малышу и играли в больницу и доктора Картера. На схватках пробовали разные позы, варианты дыхания. Я все время ходила, схватки учащались и нарастали. Потом пришла РВ, посмотрела раскрытие, сказала, что шейка только сглажена, но я рожаю, прикрепили датчики. Когда  я легла, схватки стали более болезнеными. Муж, наблюдая за показаниями датчиков, обнаружил, что они становятся реже, а вскоре и я заметила по часам, что схватки идут уже через 10 минут и больше. Лежала я уже около часа, и муж сходил и позвал РВ. Она разрешила снять датчики и я опять начала ходить. Схватки сразу стали более частыми и очень сильными. На схватке я опиралась руками в кровать и начинала дышать как собачка, а муж очень сильно растирал мне поясницу. Не могу сказать, что это облегчало боль, но хорошо отвлекало от нее. Я часто сбивалась с дыхания, и тогда муж начинал очень громко дышать, показывая мне, как надо. Во время очередного осмотра выяснилось, что шейка открылась только на 3 см и остановилась. РВ сказала, что это слабость родовой деятельности , если в течение часа не будет прогресса, поставят капельницу с окситоцином.

Осмотр, кстати, она производила совершенно безболезненно и помогала шейке открываться так, что я почти этого не чувствовала. По опыту первых родов я знала, что это дико болезненно, и была очень удивлена, что это может быть выполнено настолько деликатно и мягко.  Схватки стали почти непрерывными, шли каждую минуту, и настолько болезнеными, что я легла и больше не вставала. На схватке я начала "проваливаться", оказывалась как бы в тумане и не понимала, что происходит и где я. Была только боль. Сережа заметил это, и когда я начинала "уплывать", требовал, чтобы я сотрела ему в глаза и громко дышал по-собачьи. Я как бы цеплялась за его взгляд, выплывала, дышала как он, и мне становилось легче. Я уже хотела эпидуралку, но заведующая отделением сказала, что придется терпеть, так при ягодичном предлежании обезболивание не делают - я не смогу правильно тужиться. Еще через час открытие было только 4 см, а я уже практически не приходила в себя. Сережа позвал РВ и описал ей мое состояние.

Она сказала, что так я точно тужиться не смогу, уж лучше сделать ненадолго обезболивание, что бы я отдохнула. Они пошли и вместе уговорили заведующую, и она разрешила сделать эпидуральную анестезию. Пришел анестезиолог, ввел  лекарство, и у меня обезболилась только одна половина тела. Вторая все ощущала отлично. Но даже это было облегчением, я немного поспала между схватками, а, главное, я пришла в себя и перестала терять сознание. Прошел час, действие анестетика прекратилось,  при осмотре оказалось, что раскрытие полное и РВ сказала, что сейчас будем рожать. Сразу страшно захотелось в туалет по-большому, но тужиться пока было нельзя - нужно было, что бы вышла попка. Бедная моя девочка, когда выходила ее попка, ее так сильно сжимало в родовых путях, что буквально выдавило их нее первородный кал. Наконец попочка вышла, муж помог мне перебраться на кресло. И тут все завертелось очень быстро. Не тужиться сил уже не было, ребенок лез попой вперед без удержу, я чувствовала, как она вылезает. Все забегали, прибежала заведующая отделением, мне велели тужиться изо всех сил. На первой потуге родилась спинка и плечики, а головка еще оставалась внутри. РВ сказала, что когда придет схватка, надо тужиться так, что бы искры из глаз летели. И все замолчали и смотрят на меня. А схватки все нет и нет. И я поняла, что сейчас во вме умирает мой ребеночек маленький, и решила не ждать этой чертовой схватки, крикнула, что тужусь и начала изо всех сил. Заведующая родблоком сильно надавила мне кулаком на живот, рядом кряхтел и изо-всех сил тужился муж, РВ разрезала промежность, как-то потянула малышку и она родилась.

Девочку (а еще не знала, что это девочка) быстро вытащили, перерезали пуповину и унесли на осмотр. На была вся лиловая, голова сморщеная, ручки и ножки болтаются, а попа аж фиолетовая. Она не кричала и я испугалась, что с ней что-то не так. Посмотрела на мужа и увидела у него такой страх в глазах, что поняла - он думает о том же. И в этом момент наша дочка закричала, громко и требовательно, и я поняла, что с кем-кем, а с ней все в порядке. Было 11:35, 2 июня, первый день 39 недели. Муж пошел смотреть на дочку, а мне ввели еще анестетик, и после рождения плаценты, зашили разрез. Принесли малышку, показали, что это девочка и положили голенькую мне на живот. Она смешно возилась и кряхтела. У Сережи в глазах стояли слезы, а вид был совершенно обалдевший и счастливый. Потом Агашу запеленали и отдали папе, он носил ее на руках. Он подошел ко мне и приложил малышку к груди. Она немного пососала. Сережа сказал: "Она настоящая красавица", да я и сама видела, что она действительно необыкновенно красивая, а глазки синие, и смотрит так внимательно. Потом детку унесли, а меня выкатили в коридор и положили на живот лед. Муж обнимал меня, целовал и говорил что-то ласковое. Такое счастье... Через некоторое время меня стало сильно знобить и потряхивать. Сережа хотел добыть одеяло, но я сказала, что это из-за адреналина, а он сказал, что его самого трясет.  Потом мне принесли обед, и мы съели его вместе, он был горячий и очень вкусный. Потом мы попросили нашу плаценту, а оказалось, ее уже унесли в холодильник, и РВ с акушеркой сходили и принесли ее нам в пакете. Муж сходил за телефоном и позвонил всем родителям, сказал, что все хорошо, родилась Аглая. Меня перевезли в отделение, через некоторое время я встала и помылась, потом разрешили забрать девочку из детского отделения. Больше мы не расставались. Папа приезжал к нам каждый день, привозил в гости бабушек и дедушек, а выписались мы на 4 день. Агаша такая спокойная, не плачет, ворчит все время и возится, хорошо сосет молочко и спит. Правда, много срыгивает, появились небольшие проблемы, но все разрешимо. Глаша сразу подружилась с Агашей, явно ею гордится. Мы с Сергеем счастливы. Наш папа взял отпуск на 3 недели, помогает мне, ухаживает за дочкой, купает ее, только кормить не может.

Вот так родилась маленькая Аглая при активном участии папы и довольно пассивном - мамы, а так же с помощью замечательного врача и человека Раисы Владимировны Зябликовой В ЦПСиР в Москве 2 июня 2005 г.

 

Была ли полезной данная статья?
0
0
Поделиться статьей: