Как я рожала Катюшку в 7 роддоме г. Харькова

Рассказ о беременности и родах в Харькове
stub

Знакомы мы с мужем давно, еще в школе за одной партой сидели, потом в  институте. После института расписались и начали жить в свое удовольствие.  Потихонечку установился быт, вросли до приемлемого уровня зарплаты и мне  стало чего то в жизни не хватать. Примерно полгода ушло на осознание того,
что не хватает мне маленького продолжения моего мужа, а дальше началось  ожидание такого же желания у Сережки. Наконец то оно- желание появилось. Это как раз совпало с моим переходом на новую работу, которая меня не очень устраивала и мы перестали предохраняться. Мне казалось, что процесс забеременневания будет достаточно длительным и мы с мужем планировали  поездку в Киев на Евровидение 2005. но судьба распорядилась иначе я забеременела сразу. Я ехала на работу (а до работы добираться метро и автобус) и почувствовала, что меня тошнит от запаха бензина притом, что мне
всегда он нравился, и мне все стало ясно. Пришла домой, купила тест и вот они - две заветные полосочки.

 Я тут же позвонила мужу, он быстренько прибежал домой с цветочком для меня и глупой улыбкой на лице. Мы стали с ним прикидывать, когда родится малыш. По моим подсчетам получалось, что в середине апреля. Меня это очень обрадовало, так как я очень боялась родов на майские праздники. В женскую консультацию я решила пока не сдаваться, так как беременность только-только началась. В свою районную ЖК я пошла, когда по моим подсчетам шла 10-11 неделя беременности. Посещение врача оставило неприятный осадок - осмотр был довольно болезненным, но обращаться в платную консультацию я не стала, поскольку моя районная находилась в 2 остановках от дома, и мне было легко добираться туда. Мой участковый гинеколог посмотрел меня и сказал, что беременность 7 недель. Это совершено не согласовывалось со сроками менструации, на что я ему и указала. На это я получила ответ, что он врач, ему виднее и т.д. В общем, он меня авторитетом задавил. Когда я пришла домой, у меня стал дико болеть низ живота после осмотра и болел он еще дня 3 и в следующий раз я ехала в ЖК с твердым намерением забрать оттуда свои документы и обратиться в другую ЖК. Но как оказалось, первый осмотр на кресле был и последним, больше в меня никто не лазил. Я регулярно сдавала анализы и боролась с токсикозом. Токсикоз был совершенно безобразным. Завтракать я могла раза 3 с утра, и все равно все оказывалось в унитазе. Тошнота была непрекращающейся, но при этом дико хотелось есть. Самое жуткое было, что при этом надо было ходить на работу, а она связана с автозапчастями и запах бензина преследовал меня постоянно. Несколько раз по
дороге на работу меня рвало прямо в метро. Помогло при этом то, что и паспорт и обменная карта были в сумке, так что когда доблестная милиция решила меня забрать под предлогом того, что я пьяная с утра, я показала документы, и меня напоили чаем и пожелали удачи. Незаметно подошел срок первого узи -11 недель по подсчетам гинеколога. День узи выдался насыщенным - с утра в ГАИ я сдавала экзамен на получение прав, а потом мы с мужем пошли на УЗИ. Собственно на обследовании я ничего не видела - монитор был отвернут от меня, а муж видел все. Пузожитель помахал ему ручкой и муж вышел из кабинета со слезами на глазах. На узи мне сказали, что срок не 11 недель, а 16, отругали моего гинеколога и назначили мне дату следующего узи. Кто у нас -мальчик или девочка видно не было. Забегая наперед, скажу, что узнали мы, что у нас Катюшка только на 36 неделе. Потихонечку токсикоз прошел, я начала округляться и довольно быстро набирать вес. К 26 неделе у меня начались отеки, с которыми меня положили в 7 роддом, где я и познакомилась с замечательным врачом - Остапенко Ириной Борисовной. Она была
моим палатным врачом. Мне очень понравилось ее отношение к пациенткам. Она не выделяла тех, кто ее благодарил, ко всем относилась одинаково внимательно. Я подумала и решила, что рожать буду с ней. На Новый Год меня выписали из роддома. Через месяц ко мне вернулись мои отеки и испортились  анализы и мочи и крови. Меня опять стали укладывать в стационар, я долго от  этого отбивалась, но на 32 неделе сдалась и снова легла на 2 недели. За это время я окончательно утвердилась в желании рожать  с Ириной Борисовной, договорилась с ней, когда мы созвонимся и я приду писать заявление.

На 36 неделе было написано заявление на роды и 4 апреля я пришла сдаваться на дородовую госпитализацию. Мой районный гинеколог в очередной раз ошибся со сроком и получилось, что я легла по документам на 40-41 неделе а не на 39. Из за этого 6 апреля мне поставили внутривенно ЭНЗАПРОСТ. В этом роддоме сначала пытаются вызвать роды именно им. Он на меня не подействовал. Я не отбивалась от стимуляции родов потому что срок уже в принципе пришел, а с моими больными почками было понятно, что стимулировать меня и так придется. После капельницы меня позвали на консилиум и решили, что на 11 апреля если я сама не рожу, назначат пробные окситоциновые роды. Пробные - это без вскрытия пузыря. Меня это немного смутило, т.к. я собиралась рожать в присутствии мужа, а отпуск он брать именно на этот день не хотел. Мы решили, что отпуск он возьмет, когда я выпишусь из роддома, чтоб подольше побыть с
нашей доченькой. Когда я ему рассказала про планы врачей он успокоил меня и сказал, что приедет если я начну рожать. 10 апреля мы с ним гуляли вокруг роддома наверное часа 4. я аж натерла себе мозоль:).

Наступило 11 апреля. Меня забрали в предродовое отделение, запихали на родильный стол и поставили
окситоцин. У меня начало крутить живот. Не хватать, а именно крутить. Все врачи по очереди осматривали меня и хмурились. Схваток как таковых не было. Шейка матки открывалась очень медленно, но открывалась!!! В общем 11 я еще не родила. Ночью 12 у меня стали подтекать околоплодные воды, но еле-еле, а после осмотра дежурного врача начались слабенькие схватки. С интервалом 6-7 минут секунд по15-20. Я сказала про это мужу по телефону, он успокоил меня, сказал, что с утра зайдет. Мне укололи но-шпу и я пошла спать. Проспала я до 8 утра. В восемь пришел главврач и повел меня на осмотр. На осмотре он
сказал, что это роды и проколол мне околоплодный пузырь, чтоб родовая деятельность активизировалась. Меня забрали в семейный родзал и я позвонила мужу и Ирине Борисовне. Когда приехала Ирина Борисовна схватки были очень слабые и было решено ставить окситоцин. От него схватки сразу усилились и стали болезненными, но Ирина Борисовна стояла рядом и массировала мне живот и крестец. К тому времени как приехал мой муж я уже здорово намучалась от этой боли. Когда заканчивалась одна схватка я с ужасом смотрела на часы и понимала, что через 3-4 минуты этот кошмар начнется опять.

 После появления мужа боль стало переносить как-то легче. Он гладил и массировал меня и успокаивал как мог. Тут подошла Ирина Борисовна и сказала, что она введет обезболивающее с атропином - чтоб лучше раскрывалась шейка матки и я смогла немного отдохнуть. Ввели стадол с атропином и я стала засыпать, а муж обнимал меня. Схватки я чувствовала сквозь сон. Это было неприятно, но вполне терпимо, но: через 40 минут действие стадола закончилось, благодаря атропину открылась шейка матки и меня стало подтуживать, а тужится было еще рано - раскрытие 8 пальцев . я помучалась еще минут 30 и сказала Ирине Борисовне, что очень хочу в туалет. Пока я была в туалете я потихонечку натужилась в свое удовольствие. Сразу стало легче, а на очередном осмотре раскрытие было уже нормальным и тужится можно было уже легально. Я тужилась сидя на корточках и стоя, оперевшись о стол. Тут я почувствовала головку там во мне глубоко-глубоко и меня перевели на родильный стол. Столы эти - это отдельная песня, более неудобное устройство придумать , по-моему невозможно. Вроде и предусмотрено все, и закрепить его можно якобы в любом положении, но из удобного мне положения он почему-то раскладывался - толи крепеж был сломан, толи такое положение не предусматривалось при проектировании этого монстра. В общем гадость редкостная эти столы. Меня научили тужиться. Но при потугах я пережимала рукой капельницу с окситоцином и родовая деятельность тут же прекращалась. Увидев это, врачи стали помогать мне пеленкой. Может в этом и был какой то глубокий смысл, но по моему мне это рожать мешало. По словам врачей у меня не получалось дотуживаться до конца. Все последние разы при потугах я тужилась почему-то в голову. Потуги продолжались почти 4 часа. Больно при этом не было, это просто невероятно изматывало меня.

Часа через 3 стала показываться головка. Она показывалась и скрывалась. Меня стали ругать, что я мучаю ребенка, гоняя его по родовым путям туда-сюда. Я стала напрягаться еще сильнее и у меня из носа хлынула кровь. Потом я потеряла сознание, но меня моментально привели в себя. Муж стоял рядом и помогал мне - при потугах он поддерживал меня под спину, так что рожала я практически у него в руках. А потом врачи прослушали у Катюшки аритмию - то есть она начала задыхаться. Было принято решение о эпизиотомии. Чего я до сих пор не могу понять, так это того, зачем разрез делать по живому? У меня
была гора новокаина, неужели нельзя было его просто плеснуть перед разрезом?


В итоге после разреза я раскричалась и новокаином меня обкололи, но ПОТОМ. Почему нельзя было сделать это сразу для меня загадка. Боль от разреза была САМЫМ СИЛЬНЫМ болевым ощущением за все роды. После разреза довольно быстро появилась головка и : родовая деятельность прекратилась вообще. Меня стала ругать педиатр-неонатолог, все врачи стали меня уговаривать напрячься, но просто не было сил. Минуты через две я собралась с силами и попыталась напрячься сама без потуги этого хватило, чтобы появились плечи ребеночка и педиатр вытащила мою Катюшеньку, не забыв меня при этом отругать по полной программе.

Катюшка была : фиолетово-баклажанного цвета и не хотела кричать. Закричала она только когда ей продули легкие. Ко мне на живот ее положили буквально секунд на 30, а потом педиатр сказала, что ребенка надо забрать в барокамеру дышать кислородом. Катю запеленали, дали подержать папе, а мне в это время
дали общий наркоз - у меня отошла не вся плацента и надо было делать ручную ревизию. На время операции мужа выгнали, чтоб он не видел, что со мной делают. Под наркозом я почему то кричала, чем очень испугала мужа. Но больно мне не было, наверное просто стресс выходил таким образом. Очнулась я когда меня уже зашивали. Это не было больно, просто чувствовала как тянутся нитки.  Я сразу же стала звать Сережку, но акушерка сказала мне, что сейчас меня приведут в порядок и тогда уже пустят мужа, что мужу не нужно смотреть, что со мной делают, с этим я согласилась, и анестезиолог добавил наркоз, чтоб я
просто молчала и не мешала врачам. Когда я очнулась в следующий раз, у меня на животе уже лежал пузырь со льдом и рядом был Сережа и Ирина Борисовна. Сережка начал рассказывать мне про Катю, а Ирина Борисовна периодически надавливала мне на живот. Еще мне укололи окситоцин, так как у меня после родов не сокращалась матка и окситоцин мне кололи всю неделю, которую я была в роддоме после родов. Потом врачи ушли, оставив меня вдвоем с Сергеем, и сказав, что пить и есть мне можно будет только через 2 часа после наркоза.


Эти два часа мы тихонечко разговаривали и целовались, потом пришла акушерка и сняла катетер с вены и мочевой. Я даже не почувствовала когда мне ставили мочевой катетер, наверное это было сделано под наркозом. Наркоз имел еще один положительный момент - дезинфекцию полости матки йодом я не
чувствовала, а по рассказам тех, кто прошел через это - это очень болезненная процедура.  Потом меня перевели в послеродовую палату. Катю мне сразу не принесли, потому что она была в барокамере и первую ночь после родов я провела одна. Я довольно быстро встала на ноги - пошла смотреть на Катюшку. Этим я перепугала всех в детском отделении - боялись, что после наркоза я упаду в обморок.

Первое ощущение следующим утром была боль : от геморроя. Геморрой был дикий, сидеть я не могла еще месяц. Может швы у меня и болели, но по сравнению с геморроем, это были такие мелочи, но геморрой прошел как прошли и все остальные недомогания - покрасневшие глаза, полопавшиеся сосуды на лице.
Тогда же утром мне принесли Катюшку и оставили со мной. Она кушала, спала, ну и конечно же периодически кричала, но кричала мало. Трещин на сосках у меня не было, молока на 4-е сутки прибыло очень много, но сохранить лактацию мне, к сожалению, не удалось, через месяц после родов молоко ушло и я с этим ничего не смогла сделать. Родилась Катюшка весом 3760, рост 52 см, за неделю  в роддоме она набрала 300 грамм, так что домой я принесла почти 4-х килограммового бутуса.

Вот такие вот роды. В целом действиями врачей я довольна, то что роды у меня будут тяжелые было понятно с самого начала. Что еще хочется сказать: не надо обольщаться насчет современных роддомов, все равно все зависит от врачей, а не от наличия в роддоме джакузи, а роды, к  сожалению процесс
труднопрогнозируемый, в любой момент могут начаться какие нибудь сюрпризы. Еще мне кажется, что не нужно гнаться за званиями врачей, какая разница сколько у врача монографий, главное, чтобы с выбранным врачом вы себя чувствовали уверенно и комфортно. С Ириной Борисовной я отношения поддерживаю, сейчас собираюсь ставить у нее спираль, а если мы с мужем надумаем рожать второго ребенка, бращаться я буду именно к ней.

Все расходы по родам составили около 200$ -лекарства, благотворительный взнос, оплата совместных родов. Да еще - летом 2005 года в этом роддоме сделали свежий ремонт и теперь , по идее, в палаты совместного пребывания будут пускать пап.

 

Здоровья и счастья Вам и Вашим деткам

2005 год

Лариса.

Была ли полезной данная статья?
0
0
Поделиться статьей: